# Как Бука училась врать

Ольга Валериевна Колпакова

– Так-так, – строго сказал дедушка, увидев на полу ручку от заварочного чайника.

– Это не я, – сразу начала отпираться Бука. Не потому что боялась дедушку, просто из неё вырвалось.

– Иди сюда, – дедушка усадил Буку на табуретку и сам сел напротив. – Бука, ты уже большая и должна…

– Это не я! – приготовилась зареветь Бука. Потому что когда ревешь, можно не очень внимательно слушать, как тебя ругают. Да и ругают гораздо меньше. Кому же нравится ругаться, если тебя не слышно.

– Это ты! – уверенно сказал дедушка. – Это ты уже большая и должна уметь хорошо врать.

Бука от неожиданности тут же забыла, что собиралась реветь.

– Да, – кивнул дедушка. – Всё нужно делать хорошо. И обманывать тоже. А то наврёшь некачественно, правда раскроется, и тебя будут ругать в два раза больше. Один раз за то, что чайник разбила, второй раз за то, что соврала. Согласна?

Бука подумала ещё раз сказать, что это не она чайник разбила, но ей стало интересно, что будет дальше, и она только кивнула.

– Начнём с серьёзных примеров. Представь, что тебя захватили инопланетяне. И стали выпытывать домашний адрес, код дверного замка и где лежат твои самые ценные сокровища. Если ты скажешь им правду, они придут и тебя ограбят.

Бука представила, как инопланетяне лезут к ней под кровать, где стоит коробка с мелочью и шоколадкой. И с тремя красивыми камушками. И с наклейками. И с фантиками. Их Бука туда по ночам складывала. Если ты ночью тайком грызёшь конфеты, то не надо прятать фантики под подушку. Чтобы каждое утро маму не огорчать. Надо складывать их под кровать. Так мама только один раз, в конце недели, огорчится. Когда уборку под кроватью будет делать.

– Ладно, – кивнула Бука. – Я им тогда неправдишний адрес скажу. И код на двери навру.

Потом она подумала и засомневалась:

– А если они по этому обманному адресу пойдут и кого-то другого ограбят?

– Н-да, – пригладил усы дедушка, – тогда как-то некрасиво получится. А врать надо красиво. Чтобы никто от этого не пострадал и не расстроился.

– Это когда папа говорит маме, что она в старой куртке красивее и моложе, чем в той шубе, которую она в магазине мерила? – сообразила Бука.

– Точно! – согласился дедушка. – Это и называется врать красиво. И бюджет не пострадал.

К сожалению, этот пример не помог им придумать, как красиво наврать инопланетянам, если те решат украсть её сокровища.

– Давай другой пример, – попросила Бука. – С чайником.

– Давай, – легко согласился дедушка. – Если, например, сказать, правду, что это ты разбила чайник, мама будет тебя ругать.

Бука кивнула. Чайник был не новый, но единственный. Наверное, маме станет его очень жалко. И она будет ругать Буку. Хотя Бука у них тоже единственная.

– Может быть, соврать, что это землетрясение, – предложила Бука. – Земля качнулась, чайник упал и разбился. Не будут же ругать Землю за то, что она трясётся.

Дедушка идею про землетрясение одобрил.

– Только боюсь, тебя тогда гулять не отпустят. Кто же гуляет, когда землетрясение… Уж тебя-то мама точно любит больше, чем чайник, и не захочет, чтобы ты тоже упала и разбилась, когда землю очередной раз тряхнёт.

Буке, конечно, не захотелось сидеть дома из-за навранного землетрясения. Она тут же придумала новый обман:

– Тогда надо где-то найти такой же чайник и сказать, что никто ничего не разбивал!

– Прекрасно! – одобрил дедушка. – А где же взять новый чайник? Купить – денег нет. Задаром нам его никто не даст. Может быть, украсть?

Бука задумалась. За то, что что-то берешь без спросу, конечно, никто не ругает. За это сразу в тюрьму садят.

– Мама с бабушкой огорчатся, наверное, если меня в тюрьму посадят? – спросила Бука у дедушки.

Дедушка подтвердил, что этому все огорчатся гораздо больше, чем разбитому чайнику. Так огорчатся, что могут и заболеть с горя.

– Глупость какая-то получается, – пробормотала Бука. – Правду скажешь – огорчатся. Наврёшь – тоже огорчатся.

Дедушка погруснел. Наверное, тоже огорчился, что никак не может научить Буку хорошо врать.

На кухню зашла бабушка.

– Что это вы такие грустные сидите? – спросила она и горько добавила. – Наверное, чая хотите, а чайник-то я и разбила. Старая стала, совсем руки не держат.

Буке показалось, что бабушка даже приготовилась заплакать. Бука обняла её и сказала:

– Бабушка! Ты только не переживай. Мы с дедушкой сейчас придумаем что-нибудь.

– Конечно, придумаем, – кивнул дедушка и виновато посмотрел на Буку.

– Да что тут придумаешь! Таблеток от старости ещё не изобрели. Как и от баловства… – вдруг строго добавила бабушка, взглянув на скатерть. Зелёные листья, нарисованные на жёлтой скатерти, были в некоторых местах аккуратно вырезаны и разложены по тарелке.

– Это я сделала! Я свою гусеницу угощала! – объяснила Бука, продолжая крепко обнимать бабушку. – Она была очень голодная, потому что три дня под кроватью сидела. Застряла там между стеной и коробкой во время землетрясения! Хорошо, что инопланетяне за фантиками прилетели и её вытащили… Им, понимаешь, кто-то дал наш адрес. По ошибке. Чтобы свой не давать. Инопланетяне фантики забрали, чтобы летающую тарелку заправлять. У них такая тарелка. На фантиках работает. Я специально для них конфеты ела и фантики под кровать складывала. Я не люблю, чтобы кто-то огорчается! А конфеты люблю! Их можно и без чая есть. Поэтому мы и без чайника проживём, главное, чтобы ты не расстраивалась!

Бука с облегчением выдохнула. Правду говорить оказалось нелегко. Но гораздо проще, чем красиво врать.